Они пронеслись мимо дома и свернули к конюшне напрямик, через жнивье. И там, оробев, остановились перед пони, а потом взглянули на Джоди глазами, полными нового для них восхищения и новой почтительности. До сих пор Джоди был мальчик как мальчик в комбинезоне и синей рубашке, как у всех; мальчик, который был тише многих ребят и даже слегка подозревался в трусливости. Но теперь он стал совсем другим. Откуда то из тысячелетней дали к ним пришло то уважение, которое питает к всаднику пешеход. Они почувствовали, что человек верхом на лошади и духовно и физически больше человека, который идет пешком. Они почувствовали, что чудесная сила подняла когда-то равного им во всем Джоди и поставила его над ними.

Габилан высунул голову из стойла и принюхался к мальчикам.

– Что же ты не ездишь на нем? – закричали они. – Что же ты не вплетешь ему ленточки в хвост, как на ярмарке? Когда же ты будешь на нем ездить?

Джоди расхрабрился. Он тоже почувствовал в себе величие всадника.

– Нет, ему рано. На нем еще нельзя ездить. Я буду гонять его на корде. Билли Бак меня научит.

– Неужели нам и поводить его нельзя? Ну, хоть немножко?

– Да он еще узды не знает, – сказал Джоди. Ему хотелось, чтобы никого вокруг не было, когда он в первый раз выведет пони из стойла. – Пойдемте, я покажу вам седло.

При виде красного сафьянового седла мальчики потеряли дар речи, седло просто сразило их.

– В зарослях на таком не больно поездишь, – пояснил Джоди, – а все-таки на нем оно будет красиво. А если поеду в заросли, – что ж, можно и без седла.

– Как же ты заарканишь корову без луки?

– Ну, может, у меня будет еще одно седло, на каждый день. Папа хочет, чтобы я помогал ему со стадом.

Он дал им ощупать красное седло, показал уздечку с медным налобником и большими медными бляхами. Уздечка была просто загляденье. Мальчикам уже пора было уходить, и каждый из них перебирал в уме свои сокровища, отыскивая среди них то, что не стыдно будет предложить за разрешение покататься на рыжем пони, как только придет время седлать его.