Вилнит остановился перед коричневым домиком с большим сиреневым кустом у ворот. Посреди двора сидел маленький серый котенок и жалобно мяукал. Вилнит подошел к нему, но вдруг заметил, что на опрокинутом бочонке сидит девчонка примерно его роста и смеется, сверкая белыми зубами. В стороне стоял такой же мальчуган, швырял комьями земли в котенка и никак не мог попасть. Вилнит обозлился, но все же не настолько, чтобы начать драку. К тому же их двое и они у себя дома…

Котенок, видимо, так же приблудился к ним, как и он. Вилнит подобрал его и пошел прочь. Ком земли больно ударил по ноге, но он и виду не подал, что ему больно. Он спустился вниз и, перейдя дорогу, дошел до конца больничной ограды. Недалеко от дороги виднелась опушка рощи, в нескольких шагах от нее рос дубовый куст, а рядом с ним много ярко-алых цветов. Вилнит присел в тени и сорвал один цветок. Это была необыкновенно пышная смолка, и от нее пальцы сразу стали липкими. Котенок обнюхал цветок и стал трогать его лапкой. Такой заморыш, а тоже хочет поиграть! Вилнит протянул ему узорчатую палку, но тут же опустил руку. Он слишком устал. Вилнит лег на спину и вытянулся.

Над ним раскинулось безоблачное бледное небо. Кругом было так тихо, что ни один лист не шевелился. Горько пахла вянущая на солнце трава. Котенок улегся у него на груди и сонно замурлыкал.

Сосново-Солонец в Жигулевских горах — большое село, почти городок. Дорога к нему полого спускается в овраг и на противоположной стороне поднимается в гору. По обеим сторонам дороги, в пересекающих ее коротких переулках и вдоль крутых склонов оврага — дома. Слева, на берегу ручья, — колхозный скотный двор, справа, на горе, — другой. Ниже — красная кирпичная церковь с покосившимся крестом и без колокола, аптека, несколько магазинов, машинно-тракторная станция… Когда-то на горе за березовой аллеей, на месте бывшего имения, работала крупная лесопилка.