Горесть мисс Кларксон была столь сильна, что Филлис в тревоге выбежала из комнаты в поисках единственного спасительного средства, которое пришло ей на ум, — флакона с нюхательной солью,

— Бедная, милая Синтия, — простонала мисс Кларксон.

— Да что же с ней такое? — спросила Ева. Она не была глуха к горю мисс Кларксон, но не смогла удержаться от легкой улыбки. На мгновение она перенеслась в школьные дни, когда умение ее собеседницы из самого неблагодарного материала создавать трагедию неизменно ее забавляло. Она не сомневалась, что в самом худшем случае ее старая подруга лежит с простудой или подвернула ногу.

— Ты знаешь, она замужем, — сказала мисс Кларксон.

— Ну, ничего страшного, Кларки, я в этом не вижу. Еще несколько надежнейших ставок, и я сама, возможно, за кого-нибудь выскочу. За какого-нибудь доброго, богатого, терпеливого мужчину, который будет меня баловать.

— Ах, Ева, милочка, — проблеяла мисс Кларксон вне себя от ужаса, — пожалуйста, погляди внимательнее на того, за кого ты выходишь замуж. Всякий раз, когда я слышу, что кто-то из моих девочек вступает в брак, меня начинают мучить самые дурные предчувствия. Мне чудится, что она, сама того не зная, шагнула за край страшной пропасти.

— Но с ними вы этими предчувствиями не делитесь, правда? Не омрачаете свадебного торжества? Неужели Синтия шагнула за край страшной пропасти? А я только сейчас говорила Филлис, как завидую Синтии: выйти за такую знаменитость, как Ролстон Мактодд!

Мисс Кларксон всхлипнула.

— Это не человек, а демон, — сказала она с надрывом. — Я оставила Синтию в отеле «Кадоган» всю в слезах… У нее очень милый тихий номер на четвертом этаже, правда, ковер не гармонирует с обоями… Бедняжка в отчаянии. Я старалась утешить ее как могла, но бесполезно. Она всегда отличалась душевной тонкостью. Мне надо поскорей к ней вернуться. Я сюда приехала только потому, что не хотела разочаровать вас, моих милых девочек…