— Почему? — сказала Ева с мягкой настойчивостью. Она знала по опыту, что мисс Кларксон, если ее предоставить себе, будет без конца танцевать вокруг да около, так ничего толком и не говоря.

— Почему? — повторила мисс Кларксон, моргая так, будто это слово было гирей, внезапно свалившейся ей на ногу.

— Почему Синтия была вся в слезах?

— Но я же объясняю тебе, милочка. Негодяй ее бросил.

— Бросил!

— Они поссорились, и он ушел из отеля. Это было позавчера, но он так и не вернулся. А сегодня она получила от него коротенькую записку, что он не вернется никогда. Втайне самым непорядочным образом он устроил так, что его багаж из отеля доставили в бюро пересылок, а куда он его оттуда забрал, не знает никто. Он исчез бесследно.

Ева уставилась на нее в изумлении. К такой ошеломляющей новости она готова не была.

— Но из-за чего они поссорились?

— Синтия, бедная девочка, была так расстроена, что ничего не могла мне сказать.

Ева скрипнула зубами.

— Скотина!… Бедная старушка Синтия… Не поехать ли мне с вами?

— Нет, милочка, лучше я одна за ней поухаживаю. Я попрошу ее написать тебе, когда она почувствует, что в силах с тобой увидеться. Филлис, милочка, мне пора, — объявила она, потому что в гостиную вернулась хозяйка дома с флакончиком в руке.

— Но вы ведь только-только пришли, — сказала Филлис.

— Муж бедной старушки Синтии бросил ее, — коротко объяснила Ева. — А Кларки возвращается ухаживать за ней. Ей как будто очень скверно.

— Ах нет!

— К несчастью, да. И я должна поспешить к ней, — сказала мисс Кларксон.

Ева ждала в гостиной, пока не хлопнула входная дверь и Филлис не вернулась к ней. Филлис еще более грустная, чем всегда. Она так предвкушала это чаепитие, а из него ничего хорошего не вышло. Некоторое время обе молчали.

— Какие скоты мужчины! — наконец сказала Ева.

— Майк, — с чувством произнесла Филлис, — просто ангел.