Отказ от услуг всех сотрудников «Уютных минуток» оставил в газете заметный пробел, который необходимо было заполнить, а день сдачи номера в типографию был на носу, и до выхода очередного номера сделать что-либо существенное редакционный штат не мог. Им пришлось удовлетвориться шапками на каждой странице «Внимание! Внимание!! Внимание!!! см. внизу страницы!!!», а там добавочная строка гласила: «На следующей неделе! Читайте редакционную статью!» И еще подготовкой забористой редакционной статьи, сообщавшей о намеченных переменах. Последним в основном занялся Псмит.

— Товарищ Джексон, — сказал он Майку, когда они отправились вечером на поиски квартиры. — Мне кажется, я обрел свое metier[Призвание (фр.).].

По мнению многих, моим уделом предстояло стать коммерции, и, без сомнения, не сверни я с этого жизненного пути, быть бы мне финансовым магнатом. Но что-то как будто шептало мне даже в разгар моих триумфов в Ново-Азиатском банке, что существуют и другие поприща. Теперь мне мнится, что я нашел дело, для какового меня создала природа. Наконец-то я обрел Размах! А без Размаха — где мы? Втиснуты в узкую щель. В этой статье есть отличные места. И особенно последний абзац, начинающийся: «На „Уютные минутки“ намордника не надеть!» Мне он нравится. Задает верный тон. Он взволнует кровь свободных, независимых людей, и полчища их будут сидеть на ступеньках нашей редакции в ожидании следующего номера.

— Ну а следующий номер? — спросил Майк. — Вы его вдвоем с Виндзором напишете?

— Отнюдь. Товарищ Виндзор как будто знаком с отборными молодцами, репортерами других газет, которые с восторгом завалят нас материалами за скромную мзду.

— А Луэлла, как ее там? И прочие? Как они к этому отнеслись?

— Вплоть до настоящей минуты это остается неизвестным. Письма, недвусмысленно дающие им от ворот поворот, были отправлены только вчера. Но как бы они ни извивались, на нас это не подействует. Помилования не будет!