– И поэтому он не приезжает в колледж?

– Да, – ответила Пэтти, – причина в этом. Я сказала ему, что у нас здесь нет дворецких, но он сказал, что у нас есть дама-преподаватель, а это так же плохо.

– Но мне показалось, ты сказала, что он придет на студенческий бал.

– На сей раз он придет.

– Ты уверена?

– Да, – сказала Пэтти угрожающе, – я уверена. Он знает, – добавила она, – что случится, если он не придет.

– А что случится? – спросила Близняшка.

– Ничего.

Близняшка покачала головой, а Джорджи поинтересовалась:

– Тогда почему ты не составляешь его программу?

– Полагаю, я могла бы это сделать. Я не сделала этого раньше, поскольку это все равно, что в некотором роде искушать Судьбу. Я не хочу быть причиной какого-нибудь действительно серьезного происшествия, которое может с ним произойти, – объяснила она несколько двусмысленно, вытаскивая карандаш и бумагу. – Какие танцы оставить за тобой, Люсиль? Джорджи, а у тебя третий танец не занят?

Пока они улаживали этот вопрос, послышался стук в дверь, оставшийся без внимания. Постучали еще раз.

– Что там? – спросила Присцилла. – Кто-то стучал? Войдите.

Дверь открылась, на пороге стояла горничная с желтым конвертом в руке. В сгустившихся сумерках она неуверенно переводила взгляд с одного лица на другое. – Мисс Пэтти Уайатт? – спросила она.

Пэтти молча протянула руку за конвертом, положила на письменный стол и посмотрела на него с беспощадной улыбкой.

– В чем дело, Пэтти? Ты не будешь его читать?

– В этом нет необходимости. Я знаю, о чем там говорится.

– Тогда прочту я, – сказала Присцилла, вскрывая конверт.