— А ты, Люкс, хоть и друг мне, а до сих пор не подойдешь, не спросишь: что с тобой, Петя?.. Нет, улечу я от вас, улечу!
— Да брось ты, Петя! — заявил воробей. — Я получше твоего летаю, и то на юг не собираюсь. Чего я там не видел!..
— Останься, Петенька, останься!
— Куд-куда ты, петушок! Куд-ку-да ты! — уговаривали курицы.
— Улечу! — твердо сказал Петя и опять стал высматривать из-под крыла куриные стаи на голубом летнем небе.
Люкс вспомнил, что когда он был молодым, совсем молодым, другие собаки рассказывали, будто бы один домашний гусь, с дальнего конца поселка, улетел-таки с дикими гусями. И псу стало жалко Петю, а вдруг и правда возьмет и улетит. Люкс тоже стал пугать петуха дальней дорогой, разными опасностями и попугаями.
— Есть на юге такая птица — попугай, — сказал Люкс. — Она там всех пугает. За это и зовут ее “попугаем”.
— Она как тебя испугает, как испугает, — поддержали куры.
А воробей вспомнил, что когда он дрался со скворцами, отвоевывая скворечник, они кричали: “Ну, попадешься ты нам на юге! Мы тебе там покажем!”
— И тебе, Петя, они что-то такое покажут, что я просто не знаю, что будет…
Но и это грозное предупреждение не подействовало на петуха.
— Все равно улечу! — стоял он на своем.
Хорошо, что бабушка в это время вынесла Люксу его алюминиевую миску с едой, а Галя выскочила на крылечко, и, припевая, стала сзывать кур: