Но вот наконец он взял на себя труд рассказать ему все подробно. И Чарли, словно во сне, услышал, что некий толстосум из Калифорнии пришел в такой восторг от его картин, что купил их все до единой. Первым побуждением Чарли было сразу же написать этому чудному и необыкновенному меценату. Однако выяснилось, что это, к сожалению, невозможно: американец, увезший его картины, не оставил адреса. Как пояснил мсье Леир, американские миллионеры славятся своими причудами.

— Немедленно отнесите эти деньги в банк, дорогой мой мальчик, — таким наставлением закончил свою речь старик. — Не забудьте также послать телеграмму некой девице.

С этими словами мсье Леир сгреб со стола деньги и сунул их в карман художника, после чего они с ним вместе вышли из дома.

Чарли брел по улице как лунатик. Провожавший его глазами старик удостоверился, что художник все же вошел в банк, и только тогда снова поднялся к себе.

Отперев шкаф, он извлек оттуда картины Чарли Бартла. Одну за другой он выдирал их из подрамников и швырял в пылавший камин. Похохатывая, он наблюдал, как они морщились и потрескивали в огне. Потом старик взял топор и аккуратно разрубил на части все подрамники.

— Пригодятся камин топить, — хихикнул он напоследок, вызывая служанку.

При мысли, что на этом он сэкономил несколько сантимов, старик довольно потер руки. Он уже забыл, что совсем недавно добровольно расстался с пятью тысячами фунтов.

Зимний круиз

(Пер. М. Загот)

До того, как «Фридрих Вебер» достиг берегов Гаити, капитан Эрдман почти не знал мисс Рейд. На корабль она села в Плимуте, а на борту в то время находилось много пассажиров — французов, бельгийцев и гаитян, — некоторые из них плавали с капитаном и раньше, поэтому в салоне он предложил мисс Рейд место не за своим столом, а за столом старшего механика. Грузовое судно «Фридрих Вебер» регулярно курсировало между Гамбургом и колумбийским портом Картагеной, останавливаясь по пути у берегов некоторых островов Вест-Индии.