- Но что здесь произошло?! Бедный ребенок, ты совсем замерз. Почему здесь все так мокро?

Вдруг ее осенило:

- А, это, наверное, опять молодежь затопила нас сверху! - затрясла она своим сухоньким кулачком, глядя в потолок. - Куда только домоуправление смотрит! Раньше молодым квартиры никогда не давали. Вот я сорок лет квартиру ждала, без отдыха, отпуска чистосердечно в очереди стояла. А теперь что? Не успел родиться, жениться, нате вам, пожалуйста, хо-ромы с водой и туалетом. Такие богатые, да? Помыкались бы с мое, может, научились бы кран закрывать и соблюдать правила, которые накладывают на жильцов некоторые обязанности.

- Баба Тоня, это не соседи, это я сам...

- Что, сам? - удивилась бабушка, опуская швабру, которой собиралась стучать в потолок.

Это я сам все замочил, я... - И не найдя более достоверного объяснения, Феня выпалил:

- Это я, наверное, вспотел так.

- Батюшки, что за молодежь пошла, даже вспотеть по нормальному не могут! Плюнув в сердцах, она поползла по полу, собирая тряпкой воду в большой таз. Набралось целых пол тазика, потому что остальная вода, обследовав всю квартиру, ринулась вниз в картинную галерею, словно соскучившись по большому искусству и прослышав, что там идет выставка знаменитого художника, прекрасно отображающего характер водной стихии.

Вскоре, Феня лежал в уютной теплой постели, укутанный в стеганое одеяло заботливыми руками бабы Тони, и потягивал горячий чай с медом. Поправляя Фенину подушку, бабушка сказала ему, что вызвала скорую помощь, и что она уже должна скоро приехать.

- Зря, бабуля, вызвала, теперь мне помощь не нужна, а тем более скорая. Теперь, когда ты снова со мной, все в порядке.