– Не бери в голову. Я все время лазаю.

Я пролезаю в тот самый момент, когда раздается гудок, и, вставая на ноги, носом к носу сталкиваюсь с Муном.

– На твоем месте я бы больше этого не делал, – говорит он. – Это запрещено.

Я смотрю на Гросса. Тот сидит к нам спиной и раскрывает пишущую машинку.

– Понятно, – говорю. – Что мне сегодня делать?

– Сначала убери эти запчасти с пола.

– Что...

Но его уже и след простыл. Мун выше шести футов, очень темный и такой худой, что кажется, он не ходит, а летает.

Невысокий приземистый молодой человек, смахивающий на мексиканца, двигался по покрытой бумагой полу с кучей поступивших за ночь запчастей. Когда я подошел, он сгреб детали в охапку и направился к стеллажам. Я тоже подхватил сколько мог деталей и потащился за ним. Он сложил свой груз, быстро передвигаясь вдоль полок и отделений, и уже готов был возвращаться назад, когда я его остановил.

– Эти куда? – спрашиваю.

Он глянул на детали, взял несколько штук и положил на полку.

– Другие не сюда, – сказал он и двинулся дальше.

Я за ним.

– А куда?

– Фланец бака в сварочный; ремни в предсборочный; компрессионные шпангоуты в металлопрокатный.

– Как же они сюда попали?

– А черт их знает. Ремни наши, мы их отсылаем в конечную сборку. На остальных неправильная сопроводиловка.

Мы вернулись, откуда пришли.

– Складывай их на пол, – говорит он. – Я позову посыльного. Таскай эти шпангоуты, они наши.

Он показал мне их и показал стеллажи, куда класть. Я нагрузил ими ручную тележку, отвез к стеллажам и начал разгружать. Дело шло медленно, и не только по причине похмелья. Шпангоуты все время цеплялись за бумагу, проложенную между слоями, и тащили ее за собой. Несмотря на размеры, они были очень легкие, и, стоило потянуть один, вся груда грозилась рассыпаться.

К полудню я перетаскал не больше двух третей этих шпангоутов. Я так нервничал, что совсем забыл о плохом состоянии и голоде. Я сходил в туалет, помылся. На дворе выкурил пару сигарет. Потом вернулся и вновь принялся за работу. Было, кажется, около часу, когда объявился смуглокожий. У него, видать, была пара свободных минут.