− О, да.

− Вы, верно, родились там?

− Да, сударыня, и провела там много счастливых лет.

− Как приятно это слышать, — подхватила я. — Надеюсь, сударыня, вы не провели в тех краях ни одного несчастливого года.

− Совершенная судьба не есть удел смертных; никто не смеет надеяться на непрерывное счастье. Увы, на мою долю выпали также и невзгоды.

− Какие невзгоды, сударыня? — воскликнула я, сгорая от любопытства.

− Не те, в коих я сама была бы повинна.

− О нет, сударыня, я не сомневаюсь, что любые несчастья, выпавшие на вашу долю, могли быть вызваны лишь жестокосердием родственников и заблуждениями друзей.

Она вздохнула.

− Вы кажетесь несчастной, моя дорогая мисс Гренвиль. Не могу ли я чем-то облегчить ваши страдания?

− Вы? — переспросила она изумленно. — Увы, никто не в силах сделать меня счастливой.

Мисс Гренвиль произнесла эти слова таким скорбным трагическим голосом, что некоторое время я не решалась продолжать беседу. Я умолкла. Но, немного погодя, все же собралась с духом и, взглянув на бедняжку со всем возможным сочувствием, сказала:

− Моя дорогая мисс Гренвиль, вы еще так молоды и, возможно, нуждаетесь в совете того, кого забота о вас и превосходство в возрасте, а также большая рассудительность побуждают дать его. Я именно такой человек, и я призываю вас довериться мне и принять мою дружбу, в благодарность за которую я лишь попрошу вашу.

− Очень любезно с вашей стороны, сударыня, — сказала мисс Гренвиль. — Весьма польщена вашим вниманием. Но я не испытываю каких-либо затруднений, сомнений или неуверенности и в настоящем положении не нуждаюсь в советах. Однако, если мне таковые понадобятся, — добавила она, с любезной улыбкой, — я буду знать, к кому обратиться.

Я кивнула, но была весьма уязвлена подобным ответом. Однако я не сдалась. Поняв, что проявлением участия и дружбы мне ничего не добиться, я решила прибегнуть к расспросам и догадкам.