Топталов. Вы меня еще не знаете. Столоначальник так и говорит: Топталов, это прямо что-то невероятное. Все женщины, в трудные минуты, обращаются непосредственно ко мне.
Катя. Хорошо, попробуйте поцеловать, только громче, как можно громче. (Уклоняется от него, помахивая щипцами.)
Клавдия уже давно прислушивается к разговору в недоумении.
Клавдия. Кто там говорит за перегородкой? Аркадий. Не знаю. Там кто-то живет. Клавдия. Женщина?
Аркадий. Да, какая-то дура живет, толстая, безобразная, вот и разговаривает.
В это время Топталов поймал щипцы.
Топталов. Губы! Губы! Не поцелую, а съем. (Целует Катю.)
Аркадий. Ах, какая неприятность! С кем же это она целуется? (Идет к средней двери.) Клавдия!
Клавдия. Кто такая Клавдия?
Аркадий. Одна старушка. (Хочет отворить дверь.)
Клавдия. Не уходи, пускай она целуется.
Аркадий. Оставь меня, как она смеет целоваться. (Распахивает дверь.) Клавдия! (Видит двух Коломбин.)
Топталов (Аркадию). Вы развратный человек прежде всего!
Аркадий. Вы тут зачем?
Топталов. Я утешаю. А вы зачем?
Аркадий. Вон из моей комнаты!
Топталов. Не кричать. Не боюсь!
Аркадий. А, вы так.
Топталов. Да, я эдак.
Бегают вокруг стола.
Катя. Ай, ай, ай! (У нее падает маска.) Аркадий. Катя!
Топталов. Молокосос, стихоплет! (Убегает в коридор.)
Аркадий бежит за ним. В комнату, где Клавдия, входит Петров, одетый Пьеро.
Петров. Что это так шумят? Катя, ты здесь, милочка? Я тебя просил не ходить к посторонним; не успеешь отвернуться, непременно у мужчины сидишь.