С презрительным злорадством верной и любящей жены, свято исполняющей долг, Лина стала сплетничать про знакомых дам и приятельниц, обманывающих мужей и имеющих любовников.
Она с таким страстным увлечением рассказывала подробности чужих любовных отношений, словно бы сама присутствовала при интимных свиданиях любовников и словно бы сама смаковала этими подробностями, созданными ее пылкой фантазией.
«Вот какие жены, и какая я!» – говорило, казалось, все это злословие.
Вики только возмущался, что кузиночки Вава и Лина и все эти знакомые дамы такие бесстыдные и бессовестные и мужья такие слепые или подлые, безмолвно признавшие «menage a trois»
И Варенцов, казалось, еще более ценил свой «menage»
«Какая Лина чудная, и какой он безукоризненный, любящий муж».
– Да… Мы счастливы, Лина! – почти что умиленно произнес он.
И скоро они пошли в столовую пить чай.
VII
Когда Лина подала мужу стакан, она сказала:
– Ну, разумеется, твой отец будет недоволен…
– Еще бы!
– Ты извини, Вики. Он просто обозленный, бессердечный циник… Какой он отец!.. Разве ты ему близок? Только иронизирует и хихикает раз в неделю, когда обедает. Он ведь воображает, что только он умен и все понимает… Наверное, скажет мне какую-нибудь гадость.
– Тебе-то за что?
– За то, что вообразит, будто ты из-за меня переменяешь службу…
– Нет, Лина… Он знает меня. И сделает мне настоящий бенефис…
– Не обращай внимания. Точно не знаешь своего родителя… На старости юбочник… Бегает за всякой… Воображает, что может иметь успех… Один срам… И еще смеет читать тебе нотации.
– Промотал состояние; в шестьдесят лет ни положения, ни средств. По уши «в долгах и проблематические заработки. Легкомысленный и беспутный человек! – не без снисходительного сожаления проговорил Варенцов.