– Это точно. О цвете я, конечно, спросил. Естественно, она хотела сумочку того же цвета, – он хохотнул, весьма довольный собой. – Но сделал это очень тактично, и она не могла подумать о том, что я навожу справки.

– Убежден, что не могла. Для нее это будет потрясающий сюрприз. Какого цвета у нее была сумочка? Мне помнится, черная, но, к своему стыду, я не обращаю внимания на такие вот мелочи.

Мэддокс покачал головой, снисходительно улыбаясь.

– Нет, нет, не черная. Я в этом уверен. Зеленая. Как только она сказала мне, я сам все вспомнил. Она всегда ходила с зеленой сумочкой…

Пару дней спустя, так уж сложилось, я сидел в курительной комнате моего клуба, когда туда вошел молодой Харгривс. С застенчивой улыбкой и извинениями он перегнулся через меня, чтобы дернуть за шнур звонка.

– Я только что звонил, – сказал я. – Лучше выпейте со мной.

– С удовольствием, – он улыбнулся, но тут же добавил. – Послушайте, вы очень любезны, я выпью хереса, но позвольте заказать мне, – тут появилась официантка. – Что вы будете пить?

Я остановил его взмахом руки и твердо заявил девушке:

– Два больших бокала хереса и запишите их на мой счет, – когда она вышла, повернулся к Харгривсу. – Я первым пригласил вас, так что деваться вам некуда.

– О, премного благодарен.

Харгривс очень молод, во всяком случае, по моим меркам. Его только что приняли в клуб, а я на десять лет старше и в членах клуба хожу уже двенадцать лет. Поэтому в разговорах с ним чувствую себя бывалым ветераном. Как и многие молодые люди наших дней, он попал в армию прямо со школьной скамьи. После демобилизации поступил в Кэмбридж, чтобы за двенадцать суматошных месяцев освоить программу трех лет, отведенных на получение диплома. Затем ему предоставили возможность самостоятельно зарабатывать на жизнь. Харгривсу повезло больше других, он начал работать в семейной фирме, его ждало немалое наследство (я узнал об этом у секретаря клуба) поэтому жалеть его нет нужды. Но, как и у большинства нынешней молодежи, в нем причудливо сочетались немалый жизненный опыт и простодушие. Он повидал полмира, сталкивался с уроженцами разных стран, попадал в передряги, о которых мы в его возрасте даже не подозревали. И тем не менее, в повседневной жизни он оставался наивным школьником.