Уже к концу повестки, расправившись единым махом с затяжным, как трясина, вопросом, касавшимся каких-то студентов из Пакистана, сэр Майкл с укоризной ткнул пальцем в Дадли Чепмена и воскликнул:

— Это вы поставили в повестку, Дадли? План Бодли-Кобем? Впервые слышу. Что это значит?

— Я навел справки, прежде чем вас беспокоить, сэр Майкл, — сказал Чепмен. — У нас есть возможность оттягать кое-что у Дискуса — они, как видно, здорово оплошали. Судя по письму, которое пришло к нам от леди Бодли-Кобем, виноват наш друг, Нейл Джонсон.

Он показал письмо, словно подтверждая, что не выдумал эту леди Бодли-Кобем.

— Письмо длинное, разобраться в нем трудно, так что, если угодно, я изложу самую суть.

— Да, да, только суть, Дадли, пожалуйста. Можете даже изложить суть сути! — И сэр Майкл глубже спустился в кресло, и лицо его стало еще более сумрачным, более благородным — жертва гибельных страстей, последний якобинец в изгнании.

— Как я понял, леди Бодли-Кобем очень богата — она вдова судовладельца, ей сильно за семьдесят. Живет отшельницей, страшная чудачка. Но она желает переговорить с нами о плане превращения одного из ее огромных владений, где она никогда не бывает, в своего рода общежитие для творческих людей. Она понимает, что потребуются огромные затраты, но готова внести значительную сумму, как только ее план будет официально принят. Вот уже больше года, как она препирается с Дискусом, и теперь обратилась к нам, потому что Дискус все время посылает к ней Нейла Джонсона, а она уже больше не может его выдержать.

— Значит, сам Дрейк с ней не сталкивался?

— Нет, он ее никогда не видел, она живет в Беркшире и в Лондон никогда не ездит. Кстати, поместье, которое она хочет отдать творческим работникам, находится в Дербишире, там как будто огромный дом. Пока нам об этом думать не стоит, но я твердо уверен, директор, что кому-то из нас необходимо с ней увидеться, тем более что с Дискусом она, как видно, покончила. Да, еще одно: женщин к ней посылать нельзя. Отказывается обсуждать свой план с женщинами. Леди Бодли-Кобем признает только мужчин.