Берега острова изрезаны многочисленными заливами, к ним спускаются широкие цветущие долины. Долины эти населены различными племенами, которые, хотя и говорят на родственных наречиях одного общего языка и имеют общую религию и законы, но с незапамятных времен ведут наследственную войну друг с другом. Лежащие между ними горы, обычно в две или три тысячи футов над уровнем моря, определяют территорию каждого из этих враждебных племен, которые никогда и не перебираются за них, кроме как для военного или разбойничьего нападения. Непосредственно к Нукухиве прилегает отделенная от нее цепью гор, видимых из гавани, очаровательная долина Гаппар; жители ее поддерживают самые дружественные отношения с населением Нукухивы. По другую сторону от долины Гаппар лежит великолепная долина страшных тайпи, непримиримых врагов других племен. Это воинственное племя, кажется, вселяет остальным островитянам неописуемый ужас. Самое имя их страшит, ибо слово «тайпи» на маркизском наречии значит — любитель человеческого мяса. Несколько странно, что это название укрепилось исключительно за ними, поскольку туземцы всей группы островов, судя по описаниям миссионеров, неисправимые каннибалы.

Тайпи пользуются необычайной известностью среди населения всех островов. Жители Нукухивы часто рассказывали нашей корабельной команде про их ужасные подвиги и показывали следы ран, полученных в отчаянных схватках с ними. И когда на берегу они старались испугать нас, показывая на кого-нибудь из своих и называя его тайпи, они бывали очень удивлены, что мы не спасались бегством при этом страшном имени. Было занятно смотреть, с какой серьезностью они отрекались от каких бы то ни было собственных людоедских наклонностей, а своих врагов — тайпи — описывали как закоренелых людоедов.

Я никогда не забуду замечания одного парня из нашей команды, когда мы медленно входили в бухту Нукухивы. Пока мы стояли, глядя на зеленеющие мысы, Нэд, указывая рукой по направлению к коварной долине, воскликнул: