– Ну, и черт с ними! – заключил тучный синьор Гори, тяжело отдуваясь.

Невесте полагается дарить цветы. Она так просила его быть свидетелем при бракосочетании! Но он ей сказал, что тогда он должен будет сделать ей подарок, приличествующий высокому положению жениха, а это ему не по средствам, совсем не по средствам. Хватит того, что он напялил этот фрак! Вот цветы – это пожалуйста. Сильно смущаясь и робея, вошел он в цветочный магазин и приобрел пучок зелени, из которой выглядывало несколько цветков. Да, цветов там было немного, а денег он потратил достаточно!

Он свернул на виа Милане и увидел в глубине улицы, у дома, где жила Чезара, большую толпу любопытных. Так и есть, опоздал! Вот у подъезда кареты. Наверное, все эти люди собрались поглазеть на свадебное шествие. Он подошел к дому. Почему это они так смотрят на него? Фрак пока что скрыт под пальто. Может быть, фалды? Он посмотрел через плечо. Нет, не видно. Так в чем же тут дело? Что происходит? Почему закрыта входная дверь?

Привратник спросил его тихим, печальным голосом:

– Синьор пришел на свадьбу?

– Да… Я приглашен…

– Свадьбы не будет.

– Как не будет?

– Несчастная синьора… мать синьорины Чезары…

– Умерла? – закричал Гори, бессмысленно глядя на дверь.

– Сегодня ночью… скоропостижно…

Учитель остолбенел.

– Господи, что ж это? Мать?… Синьора Рейс?…

Он обвел собравшихся растерянным взглядом, как будто хотел найти в их глазах подтверждение этих страшных слов. Букет упал на мостовую. Гори наклонился и тут же почувствовал, что фрак рвется под мышкой; он замер. О господи! Так и есть. Лопнул.

Этот фрак был предназначен для свадебного торжества, и вот теперь он предстанет в нем перед лицом смерти. Что делать? Подняться в таком виде? Вернуться домой?