К счастью, в последнюю минуту все уладилось, эти  идиоты помирились, но меня до сих пор бросает в дрожь при мысли об опасности, которая нависла надо мной тогда. И если  честно, я не буду чувствовать себя в  безопасности, пока священник  не спросит:  "Согласен  ли ты, Огастус?.."  –  и Гасси  смущенно прошепчет: "Да".

     – Если хочешь  знать, я  и сама  не  собираюсь быть  на этой  свадьбе. Терпеть не могу сэра  Уоткина Бассета и не желаю оказывать ему  ни малейшего внимания. Подлец, негодяй!

     – Стало  быть,  вы  знаете  этого старого  мошенника?  – удивился  я, получив в очередной раз  подтверждение  истины, которую люблю повторять: мир тесен.

     – Конечно, знаю. Он  приятель  Тома. Они оба коллекционируют старинное серебро  и  по поводу каждого предмета  сварятся  друг с другом как  собаки. Месяц назад  он  гостил  у нас в Бринкли. И знаешь, как отплатил за все наше радушие и гостеприимство? Попытался тайком переманить Анатоля!

     – Не может быть!

     – Еще как может.  К счастью, Анатоль остался нам верен –  после того, как я удвоила его жалованье.

     – Утройте его, тетенька, платите ему в пять, в десять раз больше! – с жаром воззвал к ней я.  –  Пусть  этот  король бифштексов и рагу купается в деньгах, лишь бы остался в вашем доме!

     Я страшно разволновался. Наш несравненный кудесник Анатоль чуть было не покинул "Бринкли-Корт", где  я  могу наслаждаться его кулинарными шедеврами, стоит мне  напроситься к тетке в гости,  и не  переметнулся к старому  хрычу Бассету, уж он-то никогда не пригласит  к себе за стол Бертрама Вустера. Да, это была бы катастрофа.

     – Ты прав, –  согласилась тетя Далия, и глаза ее запылали  гневом при воспоминании  о  подколодном предательстве.  –  Сэр  Уоткин  Бассет  просто разбойник с большой дороги.