— Так там же Оська… разве он допустит? — робко заметила Маша Затевахина. — Задираться начнёт…

— Вон нас сколько! — усмехнулась Клава. — И крапивы на Оську хватит… Или мы уже больше не дрохи, а самые последние трусы?..

— Дрохи, дрохи! — раздались голоса. — Пошли, Клаша!

И пионеры всей гурьбой направились к дому Бородулиных.

— Слыхал? — Колька толкнул приятеля в бок. — Вот они, дрохи-то!

— А что это значит, ты понимаешь? — с досадой спросил Витька.

Колька покачал головой.

— Ну, может, игра такая. Или ещё что. — Он завистливо вздохнул. — А знаешь, Вить, они всё же смелые, хоть и девчонки!.. И дружные! Смотри, даже самого Бородулю не боятся…

— Это ещё как сказать, — буркнул Витька, возвращаясь к своей голубятне.

Но в душе он уже не очень спорил с Колькой.

Хорошо бы объединиться с девчонками да вместе проучить этого Бородулю! Проучить за всё: за разбитый нос, за перехваченную рыбу, за пропоротый футбольный мяч, за голубей!..

Витька спохватился. Он совсем забыл про своих питомцев, которые выписывали над крышами круг за кругом.

Витька открыл дверцу клетки и засвистел. Поблёскивая радужными грудками, сизари вернулись в своё жильё. Он пересчитал их и выругался: не хватало двух голубей — Трубача и Забияки.

К нему подбежал Колька.

— Я ж говорил тебе, говорил: это всё Оськина работа…

— Ну погоди же, Бородуля!.. Будет тебе выволочка.

— А знаешь что? — подсказал… вдруг Колька. — Пошли сейчас же к Бородулиным, пока там девчонки… И поговорим с ним.

Витька подумал, почесал в затылке, потом запер клетку с голубями.

— Пошли! — кивнул он.

В чужом саду

Перед окнами бородулинского дома раскинулась зелёная лужайка, посреди которой стоял новенький сруб, сиявший на солнце золотистыми брёвнами.