Клавкина компания забралась в сруб и через оконные проёмы стала наблюдать за домом Бородулиных, надеясь, что Борька вот-вот выйдет на улицу.

Но прошло пять минут, десять, а Борька не показывался.

— Давайте покличем его, — предложила Маша Затевахина.

— Нет, — сказала Варя. — Лучше давайте в лапту. Только кричите погромче.

Дрохи разбились на две партии и начали играть. Они так старательно кричали и визжали, что из домов то и дело выглядывали хозяйки и с недоумением покачивали головами.

Но Борька не появлялся.

— Может, его дома нет, а мы из кожи лезем, — сказал запыхавшийся от бега Мишка. — Или он в саду работает, не слышит нас.

Ребята огляделись. Впереди дома палисадник, потом высокий дощатый забор, справа к участку вплотную примыкает изгородь соседского сада, слева тянется узкий проулок.

Клава кинула взгляд на высокий тополь и шагнула к нему.

— Я заберусь, — опередил её Мишка.

Он проворно, как кошка, залез на дерево, несколько минут изучал сад и огород Бородулиных и, спустившись обратно, сообщил, что там, кроме Борьки, никого нет. Видимо, Матрёна с Оськой ушли на базар торговать ягодами.

— А что Борька делает? — спросила Варя.

— Грядки поливает.

— Опять, значит, воду таскает! — вздохнула Клава и, подумав, заявила: — Как хотите, а я, пожалуй, на участок заберусь со стороны оврага.

— Да что ты? — удивилась Маша Затевахина. — Бородулиных не знаешь?.. Поймают — такого ли дёру дадут!

— Так их же нет, Бородулиных… Я ведь не за ягодами, а в разведку. Мне бы только с Борькой повидаться.

— Всё равно не поверят. А потом у них в саду колючая проволока всюду натянута. И сигналы разные.

— А я ужом, по-пластунски.

Клава приказала дрохам в случае опасности подать ей сигнал, а сама юркнула в проулок.