– Может быть, – наморщил лоб Лаци. – Может, и Иноту видно. В ясную погоду…

Шанди вдруг закричал высоким детским голосом:

– А сейчас – ясная погода! Правда ведь, ясная? И остальные заговорили возбужденно, все разом:

– Два Дуная, ух ты!.. А может, и озеро Веленце… и Балатон… А солнце все еще светит, видите?

– Можно достать корыто и спуститься в нем по Ракошу до Дуная, – снова заговорил Лаци. – В простом корыте. Вчетвером бы донесли, если бы в него у Вацского шоссе…

Ребята не совсем понимали, зачем это нужно, но все равно было интересно.

– А… пропустят нас туда? – Яни мотнул головой в сторону противоположного берега, посмотрел на гору, на ее неприветливую, загадочную, серую стену, закрывавшую «ту сторону».

– Скоро откроется новый мост. Только пройти по нему, и все…

Радостное воодушевление охватило всех. Уже не тянуло играть в шарики; они вдруг почувствовали, что надоело им вечное «гоп» и «хлоп», и даже их навес им надоел.

Над Дунаем дул упругий, теплый ветер, и ребята чувствовали: это лето будет каким-то особенным, не таким, как прежде.

Началась подготовка к походу. Длилась она почти два месяца. У Яни старший брат – военный, поэтому все делалось по правилам: маршрут нанесли на карту, карту перерисовали в пяти экземплярах, раскрасили. Сложились, купили компас. У Береков был рюкзак и фляжка. Кроме того, собрали: один вещмешок, три перочинных ножика – вырезать палки, и толстый шпагат, если придется лезть на скалы. Могут ведь и скалы на пути встретиться…

В день открытия моста Лаци в школу не пришел.

На следующий день, в воскресенье, рано утром все собрались у Шанди. Возле его дома – сад, там растет все на свете. Родители Шанди держат кур, кроликов и даже свинью. И есть у них собака Бодри, очень умная. Отец Шанди – каменщик, семья их приехала в Будапешт из деревни.