– Что случилось в пивной? Ты не говорил.

– Говорил.

– Не говорил.

– Не говорил? Значит, собирался, да запамятовал. Это было в «Зеленом Льве» на Розендейл-род. Мы с Кеггсом зашли вчера вечером пропустить по кружечке, и не успели сдуть пену, как он выманил у аборигенов их кровные посредством… как это называется?

– Что именно?

– То, что я пытаюсь вспомнить. Манипуляции? Нет…

– Махинации?

– Верно. Махинации. Ты когда-нибудь была в пивной?

– Нет.

– Так вот, там сидят, потягивают пиво и беседуют, о чем придется. Очень скоро Кеггс свернул разговор на бокс, у него сестра замужем за боксером Билсоном. По-моему, его называли Боевой Билсон. Сейчас на пенсии, держит где-то пивную. Многие бывшие боксеры заводят пивные. На чем я остановился?

– Сидят и потягивают пиво.

– Вот-вот. И тут Кеггс затеял разговор, прискорбный разговор, учитывая его печальные последствия. Он заявил, что нынешние боксеры в подметку не годятся прежним. «Ах, – сказал этот шельмец, – разве есть у нас в полусреднем весе такие спортсмены, как Джек Демпси?»

– А разве Джек Демпси

– Конечно, в тяжелом, и десятки голосов сразу поправили Кеггса. Но тот настаивал, что вес Джека Демпси – всего десять стоунов (* стоун -четырнадцать английских фунтов (453,6 г), то есть около 7 кг.) четыре фунта, и остальные, уверенные в своей правоте, вытащили по шиллингу, передали хозяину – дескать, рассуди. «Мне жаль, мистер Кеггс, – сказал тот, – но, боюсь, решение не в вашу пользу. Джек Демпси весил больше тринадцати стоунов, когда выиграл у Джесса Уилларда чемпионат в тяжелом весе». Думаешь, Кеггс опешил? Ничуть. Устыдился? Раскаялся? Да ни капли. «А, этот Джек Демпси? – сказал он с легкой, снисходительной улыбкой. – Я не о нем. Разумеется, я имел в виду первого Демпси, Несравненного». Он вытащил книжку (да, она лежала у него в кармане!) и прочел, как удивительно, что боевой вес Несравненного составлял всего сто сорок четыре фунта. Все, конечно, возмутились, потребовали денежки назад, но хозяин присудил выигрыш Кеггсу, и тот загреб аж пятнадцать шиллингов. По дороге домой продувная бестия заявляет мне, что вот уже тридцать лет имеет стабильный доход от этой махинации. Так что теперь ты, наверное, согласишься, что он – темная личность, за которой нужен глаз да глаз.