– Золотые слова!

– Ладно, теперь ничего не поделаешь, – сказала Джейн. – Ой, а это кто?

– Мисс?

Джейн стояла перед столиком.

– Вот: «С любовью, Элейн». Она ведь сегодня появилась?

– Точнее, мисс, я получил ее вчера.

– Кто это?

– Моя племянница Эмма, мисс.

– Тут написано Элейн.

– Ее сценический псевдоним – Элейн Донн.

– Она актриса? Неудивительно, с таким-то лицом. Красавица!

– Да, многие восхищаются.

– Эмма Кеггс?

– Билсон, мисс. Ее мать, моя сестра Флосси, замужем за Уилберфорсом Билсоном.

Джейн притихла, ошеломленная вестью, что у сверхчеловека есть сестра по имени Флосси. Интересно, как же она его называет – неужели Гас? В это время снаружи послышались тяжелые шаги.

– Дядя Джордж изволили выйти, – сказала Джейн. – Надо пойти, приготовить ему завтрак.

Пухлое лицо Кеггса омрачила тень. Бывший дворецкий поневоле смирился, что обедневший лорд Аффенхем из экономии живет в пригороде, но душа его содрогалась, когда племянница его милости пачкала руки готовкой. Огастес Кеггс хоть и провел значительную часть жизни в Америке, сохранил глубокое почтение к родной аристократии.

– Мне очень неприятно, что вам приходится стряпать, мисс.

– Должен же кто-то, раз ваша миссис Браун больна. И не говорите, что у меня плохо получается.

– Вы стряпаете прекрасно, мисс.

– Дома набила руку. У нас вечно не было кухарки.

Кеггс ностальгически вздохнул.

– Когда я был дворецким в Шипли-холл, у его милости насчитывалось десять человек прислуги.

– А взгляните на него сейчас! Трудные времена настали. Година испытаний.

– Золотые слова.

– А все-таки мы уютно здесь устроились. Вот уж повезло, прибиться в такую тихую гавань! После Шипли это – лучшее место на свете. Здесь почти как в деревне. Только бы денег чуть побольше…