В лесу оказалось действительно столько ягод, как говорила Аленушка. Девочки без труда наполнили свои кузовки, да и сами вдоволь налакомились. Они захватили из дому по куску черного хлеба и теперь с большим аппетитом поели его вместе со спелой, сочной земляникой.

Солнце стояло уже довольно высоко, когда они решились наконец выйти из лесу и отправиться к господам. Сердце Аленушки немного билось, когда Таня смелою рукой отворила калитку барского сада и потащила ее прямо по усыпанной песком аллее к балкону дома. На маленькой лужайке перед этим балконом стоял круглый стол, покрытый белой скатертью, на ней шипел и дымился серебряный самовар, окруженный всеми принадлежностями к чаю, но людей никого не было видно. Это несколько ободрило Аленушку; она решилась, по примеру Тани, подойти поближе к столу и оглядеться кругом. Через несколько секунд дверь дома отворилась и на балкон вышла молоденькая девица в пышном кисейном платье и в огромном шиньоне, ведя за руку ту самую Лиду, которую мы уже видели на берегу реки. Девочка тотчас заметила двух крестьяночек и подбежала к ним.

— Что вам надо? Зачем вы пришли? — спросила она несколько резким голосом.

— Мы принесли ягодок вашей милости, — заговорила Таня, между тем как смущенная Аленушка спряталась за спину подруги.

— Ягод? Земляники? Я скажу маме! — И Лидочка побежала назад домой. Через несколько секунд она возвратилась. — Мама велела взять у вас землянику и заплатить вам, — объявила она.

— Mademoiselle, — обратилась она затем по-французски к девице в шиньоне, — возьмите у них ягоды.