Она вздохнула:

— Знаю. Но ты и так выступишь отлично.

— Отлично — этого не достаточно. Я должна быть великолепна. А для этого нужно упражняться, упражняться и еще раз упражняться.

Уже стемнело, и я не могла видеть, как у нее от удивления округлились глаза, но я знала, что так и есть. Однако я действительно должна быть великолепна. Другой вариант меня не устраивал. Я всегда танцевала лучше всех. Что, если я споткнусь? Что, если я проиграю?!

— Слышать тебя не могу, — набросилась на меня Эмма. — «Я должна вовремя приходить домой, я должна быть первой во всем, я должна быть само совершенство...» Никто не может быть совершенным!

Конечно же она была права. Вот почему я рада, что Эмма — мой лучший друг. Она единственная из всех, кто не хочет, чтобы я была совершенной. На какую-то секунду я подумала, что, возможно, я действительно слишком правильная. Но я не люблю долго размышлять на эту тему.

— Неудивительно, что моя мама без ума от тебя, — пожаловалась Эмма. — «Миранда так хорошо на тебя влияет...»

— А ты посмотри, насколько терпимы мои родители, — подколола ее я. — Ты нравишься им, потому что нравишься мне. И они никогда не говорят, что ты плохо на меня влияешь, хотя это и так.

— Я пытаюсь на тебя плохо влиять, — поправила меня Эмма. — Однако до сих пор мне это не удавалось.

И вот я сижу в классе, не обращая внимания на происходящее вокруг, и размышляю над ее словами. Я ее не понимаю. Родители Эммы вполне разумные люди. Но она этого не ценит. Она все время поступает наперекор им, лишь бы их позлить. Когда же Эмма действительно уверена, что они ошибаются, а она права, она обманывает и изворачивается, лишь бы поступить по-своему. Почему Эмма ведет себя именно так, а я — совсем иначе? Почему я такая хорошая, такая правильная? Может быть, это плохо — быть хорошей? Иногда мне кажется, что я не настоящая. Может, мне стоит начать спорить с родителями и тогда я стану нормальной? Признаюсь, я начинаю казаться самой себе маленькой колдуньей.