– Пускай трусишка остается, – сказала Кэдди. Взяла мою руку, идем мимо сарая, в калитку. Дорожка выложена кирпичом, на ней лягушка посредине. Кэдди переступила через нее, тянет меня за руку.

– Пошли, Мори, – сказала Кэдди. Лягушка все сидит, Джейсон пнул ее ногой.

– Вот вскочит бородавка, – сказал Верш. Лягушка упрыгала.

– Пошли, Верш, – сказала Кэдди.

– У вас там гости, – сказал Верш.

– Откуда ты знаешь? – сказала Кэдди.

– Все лампочки горят, – сказал Верш. – Во всех окнах.

– Как будто без гостей нельзя зажечь, – сказала Кэдди. – Захотели и включили.

– А спорим, гости, – сказал Верш. – Идите лучше черной лестницей и наверх, в детскую.

– И пускай гости, – сказала Кэдди. – Я прямо к ним в гостиную войду.

– А спорим, тогда твой папа тебя выпорет, – сказал Верш.

– Пускай, – сказала Кэдди. – Прямо в гостиную войду. Нет, прямо в столовую и сяду ужинать.

– А где ты сядешь? – сказал Верш.

– На бабушкино место, – сказала Кэдди. – Ей теперь в постель носят.

– Есть хочу, – сказал Джейсон. Перегнал нас, побежал дорожкой, руки в карманах, упал. Верш подошел, поднял его.

– Руки в карманах, вот и шлепаешься, – сказал Верш. – Где тебе, жирному, успеть их вынуть вовремя и опереться.

У кухонного крыльца – папа.

– А Квентин где? – сказал он.

– Идет там по дорожке, – сказал Верш. Квентин идет медленно. Рубашка пятном белым.

– Вижу, – сказал папа. Свет падает с веранды на него.

– А Кэдди с Квентином друг на дружку брызгались, – сказал Джейсон.

Мы стоим ждем.

– Вот как, – сказал папа. Квентин подошел, и папа сказал: – Сегодня ужинать будете в кухне. – Замолчал, поднял меня на руки, и сразу свет с веранды упал на меня тоже, и я смотрю сверху на Кэдди, Джейсона, на Квентина и Верша. Папа повернулся всходить на крыльцо. – Только не шуметь, – сказал он.

– А почему, папа? – сказала Кэдди. – У нас гости?