– М-мм, – задумалась Вдовушка, – моя просьба звучала не совсем так, но не важно.

– Однако то, что меня действительно больше всего беспокоит, – робко заговорила мисс Уэдсворт, – граничит с богохульством. Керен обладает весьма религиозным складом ума, как и прискорбной привычкой молиться вслух. Однажды вечером, после особенно трудного дня, она молилась, чтобы Присцилла получила прощение за то, что она столь несносна. После чего Присцилла опустилась на колени подле своей кровати и принялась молиться, чтобы Керен стала менее лицемерной и упрямой и более готовой участвовать в спортивных играх своих подружек, проявляя душевную щедрость и открытость. Они устроили… ну, что-то вроде молебственного соревнования.

– Чудовищно! – воскликнула мисс Лорд.

– А малышка Аурели Деризме – они муштруют этого ребенка по… э-э… идиомам английского языка. Повторяемая ею фраза показалась мне выражением, которое едва ли употребила бы дама.

– Какая фраза? – спросила Вдовушка в некотором предвкушении.

– Прах меня побери!

Мисс Уэдсворт густо покраснела. Даже повторять столь сомнительные выражения для нее было не характерно.

Губы Вдовушки дрогнули. Было определенно известно, и ее помощницы сетовали по этому поводу, что ее чувство юмора зачастую выходило из-под контроля чувства справедливости. Ужасно непослушная девочка, которой удавалось быть забавной, могла рассчитывать избегнуть наказания; в то время как одинаково непослушная, но не забавная девочка сполна отвечала за свой проступок. К счастью, однако, школа в целом не обнаружила этой уязвимой бреши в броне Вдовушки.

– Их влияние, – заговорила мисс Лорд, – деморализует школу. Мэй Ван Арсдейл говорит, что поедет домой, если ей придется продолжать делить комнату с Пэтти Уайатт. Я не знаю, в чем проблема, но…