Спасибо, говорю я. Но у меня уже есть планы на вечер.

Без проблем, говорит Марла. Умереть можно и в компании телевизора. Лишь бы там было, что смотреть сегодня вечером.

А я пошёл на меланому. Вернулся домой рано. Я лёг спать.

И вот, следующим утром за завтраком, Тайлер, с ног до головы в засосах, объясняет мне, что Марла — сука и извращенка. И что именно это ему в ней и нравится.

Вчера вечером после меланомы я пришёл домой и сразу лёг спать. И мне всю ночь снилось, что я трахаю трахаю трахаю Марлу Сингер. Следующим утром я слушаю Тайлера, притворяясь, что читаю «Reader's Digest».

Настоящая сука, понимаешь.

«Reader's Digest».

«Юмор в армейской форме».

Я — Разливающаяся Желчь Джека.

А что она несла ночью, говорит Тайлер. В жизни ни от одной девки такого не слышал.

Я — Скрип Зубов Джека.

Я — Раздувающиеся Ноздри Джека.

После того, как Марла кончила раз десять подряд, говорит Тайлер, она сказала, что хочет забеременеть. Она хочет забеременеть, чтобы сделать аборт от Тайлера.

Я — Белеющие Костяшки Пальцев Джека.

Как мог Тайлер не повестись на это? Позапрошлой ночью он вклеивал кадры гениталий в «Белоснежку».

Как я могу бороться за его внимание?

Я — Возмущенное Чувство Отверженности Джека.

Самое худшее, что всё это — моя вина.

Когда прошлой ночью я отправился спать, Тайлер пришёл домой со смены официантом. Марла снова позвонила из отеля «Regent».

Вот оно, сказала Марла. Туннель, и свет ведёт её по туннелю вниз.

Опыт смерти был так прекрасен, что Марла хотела описать мне, как её душа отделяется от тела и поднимается вверх. Марла не была уверена, что её душа сможет пользоваться телефоном, но хотела, чтобы кто-нибудь, по крайней мере, услышал её последний вздох.

Нет. Нет. Телефон поднял Тайлер. И Тайлер всё не так понял.