Пару месяцев назад моя новоиспеченная подружка Анька познакомила меня с Максом, своим старым приятелем. Когда я его увидела, сердце судорожно забилось, а глаза заблестели. Хотя, по правде, блестели они и до этого – благодаря изрядным порциям амфетамина, еженедельно употребляемым внутрь.

Вторая наша встреча была случайной. Я бойко вытанцовывала на опэн-эйре в свой шестнадцатый день рождения, и мы с Максом внезапно заметили друг друга… А потом был лес, костер, пара таблеток… Заброшенный шалаш, озеро, рассвет. А еще был секс. Мой первый секс. Ну, а после мы разъехались по домам. Я оставила ему телефон, и он, конечно, ни разу не позвонил. За два месяца.

То, что он не звонит, – не значит, что мы не общаемся. Мы тусуемся в клубах каждые выходные, вместе с Анькой и другими ребятами. Вроде бы рядом. Но никогда не держимся за руки. Не обнимаемся. Он не целует меня, и домой я возвращаюсь одна. С полудохлой надеждой на то, что я ему все же небезразлична.

Разгребая красными кедами сугробы из пожелтевших листьев, я направляюсь к любимому двору. Несколько месяцев подряд он служит местом для рге-раг-ty: мои друзья собираются здесь перед вечеринками. И не только для того, чтоб переброситься приветами.

– Ну наконец ты пришла! Давай полтора грамма на двоих возьмем? – Анька явно настроена решительно.

– Ну давай, много – не мало. Тем более, Макс просил угостить… Он на нуле…

– Опять? Я уже не припомню, когда у него бабки водились. А ты ему спонсор что ли? Хм… Ладно, давай деньги.

– Черт, тут что, код сменили? – Макс заметно нервничает.

– Слушай, убери свои корявые пальцы! – злобно фыркает Аня.

Три движения, и она открывает тучную железную дверь. Мы частенько бываем в этом подъезде. Нюхать «скорость» во дворе – опасно и неудобно.

Я раскрываю полиэтиленовый пакетик и ловко высыпаю его содержимое на перила. Мы дружно скручиваем десятки и наклоняемся.