– Замолчи! – прикрикнула на него Марина Николаевна.

– А чего? Здесь, по-моему, все свои, – возразил Никифор.

Четвертое место в купе пустовало. Марина Николаевна осторожно выглянула в окно.

– Ужас какой творится! Как бы пути не залило. Застрянем где-нибудь. А Федор специально приедет нас встречать.

– Ма, дорога железная. Ее так просто не смыть. Она на такие вещи рассчитана, – заверил сын. – Не по делу волнуешься. И вообще, нервы надо беречь. Уж кому-кому, а тебе надо бы знать об этом. – Мама Никифора работала в психиатрическом отделении одной из московских больниц. – А дядя Федя, если надо, нас подождет. – Он, свесив голову, мечтательно поглядел на Егора. – А прикинь, Орлов, если действительно рельсы смоет, во здорово! Поплывем, как на корабле!

Пути не размыло. Гроза, однако, не расставалась с поездом, преследуя его с завидным упорством. Коржик сперва ликовал. Это же надо, попали в грозовой фронт! Радость его, впрочем, длилась лишь до того момента, когда им настало время выходить с чемоданами и баулами на станции прямо под проливной дождь. Хлестало как из ведра. И ветер дул такой, что зонта не раскроешь. Да хоть и раскроешь, чем его держать, если руки багажом заняты! Платформа превратилась в бурный горный поток. Все трое мгновенно промокли до нитки.

В крохотном зале ожидания было неуютно, грязно и пусто. Дядя Федя отсутствовал. Марина Николаевна растерянно озиралась по сторонам.

– Ничего не понимаю. Он же обещал нас встретить.

– Да вы позвоните ему. Вдруг у него обстоятельства изменились, – порекомендовал Егор.

– Как я ему позвоню? Куда? – трагически закатила глаза Марина Николаевна.

– По мобильнику, – пожал плечами Егор.

Никифор фыркнул:

– В этих джунглях, дорогой граф Орлов, мобильная связь не действует. Неохваченная территория.

Егор удивился:

– Как же вы с вашим дядей Федей связь поддерживаете?