– Сэм! Ты что?! Мы принимаем только солон. Но солон – не наркотик.

– Солон? Это тот самый, который пьют для того, чтобы быстрее проходило время?

– Нет, это очень хорошее успокоительное. Снимает нервозность.

– Всякое успокоительное – это так или иначе наркотик.

Мама вздохнула. Это был явный намек, что теперь я должна сказать что-нибудь проникновенное в поддержку родителей, как и положено послушной дочке и старшему ребенку в семье. И я сказала:

– Вы правильно сделали, что мне позвонили.

– Спасибо, милая. Я вот даже не знаю, как твои братья воспримут такую новость.

– Да никак не воспримут. Им это по барабану. У них другие интересы.

– Да, ты права.

Надо сказать, мои младшие братья – два беспросветных придурка – изрядно меня задолбали в последнее время: то дай им денег взаймы, то вытри им сопли после очередной неудачи на личном фронте. Причем вы бы видели их пассий. На какой только помойке мои братья находят такое сокровище?! Я налила себе кофе и разбавила его горячей водой из-под крана.

– И как это решение повлияет на вашу дальнейшую жизнь?

– Да, наверное, никак. Мы не собираемся никого агитировать. Если нашим знакомым хочется во что-то верить, мы не будем их разубеждать.

– Точно не будете?

– Точно не будем.

– Ну, тогда хорошо.

На этом наш разговор закончился. Я взглянула на часы на ноутбуке. Хорошо, что как раз на сегодня у меня запланирован сандвич с Землей. Есть чем отвлечься от мрачных мыслей. Я быстренько допила кофе, ополоснулась под душем, оделась, бросила в сумку свой ингалятор от астмы и поехала на место: 40° 4 Г южной широты, 176° 32’ восточной долготы.

Дорога была абсолютно пустой.

Разговор с мамой навел на мысли о вере, о родителях и о том, как они формируют нашу систему взглядов и убеждений.