
Когда-то у Марии был опыт с одним симпатичным пареньком, но тут как-то не сложилось. Дело в том, что парень, затащив в постель саму великую Нахрапову, ожидал от нее тех же сексуальных стонов, которые она так любила издавать на теннисном корте, но так и не дождался. Что бы он не делал, как ни пытался найти заветную эрогенную зону, причем повсюду, Мария лежала спокойно, как бревно на лесопилке, не выпуская из рук любимую книжку. Тогда, отчаявшись, паренек попробовал постонать и покричать сам, но вредная Маша немедленно пресекла эти попытки, заявив, что он мешает ей сосредоточиться. Несмотря на то, что она жила в России уже давно, в ней сохранилась устойчивая американская рациональность.
К счастью, Нину не волновала некоторая холодность любовницы. Ее волновало только то, что она не могла найти у подруги грудь, и пришлось, как обычно, ограничиться поцелуями сосков. Грудь у Марии вообще-то была, но совсем небольшая. На роскошных фото Нахраповой в купальном костюме, от которых сходили с ума подростки во всей Галактике, груди подрисовывались на компьютере, в трехмерном варианте. Художники, умевшие делать такие фокусы, высоко ценились в космическом медиа-бизнесе. К счастью, у самой Нины были очень милые, полные грудки с нежными сосочками, и когда она как кошка терлась ими о сильную спину Марии, то чувствовала, что ее запасов сексуальности хватит на двоих. В это время Маша читала, но уже лежа на животе, новую главу «Пособия».
