Чмъ рзче дифференцируется общество на враждебные классы, тмъ ярче вспыхиваетъ внутри его междоусобная война.
Крупная буржуазія протягиваеть руку воинственнымъ ученикамъ Лойолы, чтобы сообща господствовать надъ рабочей массой (Пабло Дюпонъ въ "Винномъ склад", Санчесъ Моруэта во "Вторженіи"). Пролетаріатъ въ свою очередь организуется въ боевые кадры его вождями. Въ большинств случаевъ это анархисты (какъ въ странахъ съ еще слабо развитой промышленностью),- какъ Луна ("Толедскій соборъ" или Сальватьерре, списанный съ извстнаго анархиста Сальвоечеа ("Винный складъ").
Все чаще классовый антагонизмъ прорывается наружу въ вид острой, порой кровавой соціальной борьбы.
Устраиваются грандіозные митинги, объявляются стачки и локауты, происходятъ вооруженныя столкновенія ("Винный складъ", "Вторженіе").
Изъ тихой идилліи жизнь превратилась въ поле непрекращающейся битвы.
III.
Хотя Испанія еще страна сравнительно отсталая, все же и она – даже по словамъ Луны ("Толедскій соборъ") – идетъ по пути "прогресса".
Старый міръ отживаетъ съ каждымъ годомъ, теряя свою прежнюю фатальную власть надъ жизнью и умами новыхъ поколній. Тни "прошлаго" исчезаютъ при свт разгорающагося дня. "Мертвые" перестаютъ повелвать "живыми". Фнлософія неподвижнаго застоя уступаетъ мсто оптимистической теоріи "прогресса".
Этой врой въ вчное движеніе къ новымъ далямъ и высотамъ проникнуты почти вс романы Бласко Ибаньеса. Въ нихъ ветъ ожиданіемъ и привтомъ новой жизни. Въ грезахъ пьянаго "Піавки", бредущаго вдоль озера Альбуферы ("Дтоубійцы"), въ пламенныхъ рчахъ анархиста Луны или агитатора Сальватьерры, въ негодующихъ размышленіяхъ и репликахъ доктора Аррести ("Вторженіе") слышится все тотъ же оптимистическій призывъ къ будущему, которое родится въ ореол свта и красоты изъ мрачныхъ, обрызганныхъ кровью развалинъ прошлаго.