Этой врой въ возможность побдить темныя силы прошлаго, этой врой въ прогрессъ дышитъ въ особенности романъ "Мертвые повелваютъ".

Донъ Хаиме Фебреръ по многимъ причинамъ склоненъ придавать власти прошлаго слишкомъ преувеличенное значеніе. Потомокъ стараго опустившагося знатнаго рода, слава и блескъ котораго принадлежатъ не настоящему, а исторіи, онъ чувствуетъ себя по рукамъ и ногамъ опутаннымъ и парализованнымъ оскудніемъ семьи. Невозможность жениться на "чуэт" Каталин (въ силу господствующихъ въ обществ религіозныхъ предразсудковъ), необходимость порвать съ крестьянкою Маргалидой (въ силу соціальнаго неравенства) должны еще боле укрпить его въ его пессимистической философіи, въ его убжденіи, что живые не могутъ шагу ступить, не наталкиваясь на учрежденія и врованія, созданныя прежними поколніями и мшающими свобод и счастью ихъ потомковъ.

"Живыхъ всюду окружаютъ мертвые,- думаетъ онъ.- Мертвые занимаютъ вс дороги жизни. Домъ, гд мы обитаемъ, построенъ ими, религія – ихъ созданіе, законы, которымъ мы повинуемся, продиктованы ими, мораль, обычаи, предразсудки, честь – все ихъ работа. Если бы прошлыя поколнія мыслили иначе, иначе сложилась бы и наша жизнь".

"Мертвецы не уходятъ, ибо они господа!" – таковъ печальный итогъ его размышленій.- "Мертвецы повелваютъ и безполезно противиться ихъ приказаніямъ".

Постепенно, однако, донъ Хаиме освобождается отъ этой пессимистической философіи и выходитъ на широкую дорогу боле оптимистической оцнки вліянія прошлаго на судьбу и поступки людей. Въ рабств у вншнихъ условій пребываютъ только примитивныя животныя. Ими въ самомъ дл повелваютъ мертвые, ибо они "длаютъ то, что длали ихъ предки, что будутъ длать ихъ потомки".