Есть слухи, что инфицированных часто убивали соседи. Из страха. Или сочувствия.
На протяжении истории вирус сменил несколько популяций носителей. В восемнадцатом веке заболевание переносили в основном лисицы обыкновенные, или рыжие (Vulpes vulpes). Когда лис привезли для охот в британском стиле, вирус закрепился и в Новом Свете. В девятнадцатом веке полосатые скунсы (Mephitis mephitis) так часто страдали водобоязнью, что люди начали называть их «сумасшедшими кошками». С шестидесятых годов двадцатого века бешенство все чаще встречается среди енотов-полоскунов (Procyon lotor) и в меньшей степени койотов, или луговых волков (Canis latrans), на долю которых приходится в среднем пятьдесят инфекций в год. Для сравнения, эта цифра для насекомоядных мышей составляет семьсот пятьдесят случаев в год.
До появления серотипа рабдовируса Рэнта в год умирало не более ста тысяч человек, преимущественно в тропических или субтропических регионах. Несмотря на ежегодные миллиардные затраты, столетие прививок и работу с населением, в 1993 году скорость распространения вируса бешенства среди животных достигла исторического пика.
В связи с эпидемией, приписываемой Бастеру Кейси, в настоящее время человечество является самой крупной популяцией носителей этого вируса.
Шон Гарднер: Как я понял, бывает два вида бешенства. Есть «тихое», когда ты не сходишь с ума и никого не кусаешь. Ты просто сворачиваешься в комочек под кроватью и умираешь. А есть еще обычное, «злобное», которое бывает у восьмидесяти процентов людей. Когда ты брызжешь слюной, ругаешься, машешь руками и бьешь все, что у тебя в комнате, включая коллекцию фарфоровых кукол, называешь отца «грязным, дерьмоедским, ублюдочным, дебильным импотентом».