Он всмотрелся в ее лицо, длинные пряди волос лежали на песке, словно лира.

– Красивая, – сказал он.

Мальчики, сами того не замечая, согласно кивнули.

Позади них с дюны шумно взлетела чайка. Мальчики ахнули, порывисто обернулись.

Тома пробирала дрожь. Он видел, что и мальчиков трясет. Где-то рявкнул автомобильный гудок. Все испуганно мигнули. Поглядели вверх, в сторону дороги.

Волна плеснула на тело, окружила его прозрачной водяной рамкой.

Том кивнул мальчикам, чтоб отошли в сторону.

Волна приподняла тело, сдвинула его на дюйм вверх по берегу, потом на два дюйма – вниз, к воде.

Набежала новая волна, сдвинула тело на два дюйма вверх, потом уходя, на шесть дюймов – вниз, к воде.

– Но ведь… – сказал первый мальчик.

Том покачал головой.

Третья волна снесла тело на два фута ближе к краю воды. Следующая сдвинула его еще на фут ниже, на мокрую гальку, а три нахлынувшие следом – еще на шесть футов.

Первый мальчик вскрикнул и кинулся к женщине. Том перехватил его на бегу, придержал за плечо. Лицо у мальчишки стало растерянное, испуганное и несчастное.

На минуту море притихло, успокоилось. Том смотрел на женщину и думал – да, настоящая, та самая, моя… но… она мертва. А может, и не мертва, но если останется здесь – умрет.

– Нельзя ее упустить, – сказал первый мальчик. – Никак, ну никак нельзя!

Второй мальчик шагнул и стал между женщиной и морем.

– А если оставим ее у себя, что будем с ней делать? – спросил он, требовательно глядя на Тома.

Первый напряженно думал.

– Мы… мы… – запнулся, покачал головой. – Ах ты, черт!

Второй шагнул в сторону, освобождая женщине путь к морю. Нахлынула огромная волна. А потом она схлынула, и остался один только песок, и на нем – ничего. Белизна, черные алмазы, струны большой арфы – все исчезло.

Они стояли у самой воды – взрослый и двое мальчишек – и смотрели вдаль… а потом позади, на дюнах, взревел грузовик. Солнце зашло.