Мартин кивнул в мою сторону:

– А это мой оператор.

– Калиш, – подал девушке руку и я.

Она поклонилась.

– Мы оказались в затруднительной ситуации. Ищем здесь натуру для своего фильма. Здесь должен был нас ждать ассистент, который хорошо знает эти места, но он не приехал, и вот мы сейчас размышляем, как нам познакомиться с вашим городком и его окрестностями. Товарищ Калиш листает вон свою толстую немецкую книгу, – сострил Мартин, – но не находит там, к сожалению, ничего.

Намек на книгу, которую я целую неделю и так не мог читать, внезапно разозлил меня:

– Очень жаль, что вы сами не поинтересовались этой книгой, – атаковал я своего режиссера. – Если бы вы вникали в такие вещи, а не перепоручали операторам, ваши фильмы, пожалуй, были бы не так поверхностны и не было бы в них стольких глупостей… Извините, – обратился я к девушке, – не стоит, конечно, беспокоить вас нашими производственными проблемами. Наш фильм – исторический и будет касаться этрусской культуры в Чехии…

– Да, – девушка снова поклонилась.

– Это очень занимательная книга, посмотрите, – подал я девушке немецкий том. Та взяла его в руки с каким-то набожным страхом и по моему настоянию перевернула пару страниц.

– Где-то недалеко отсюда должно быть городище Пхачек, – продолжал я, – которое было центром чешских этрусков… Но как туда попасть?

– Это недалеко, – обрадованно сказала девушка: она хорошо знала дорогу на Пхачек, что придало ей некоторую уверенность в том несколько туманном разговоре, который мы с нею вели.

– Да? Вы знаете? – спросил Мартин с наигранным облегчением.

– Конечно! – ответила девушка. – Это час пути отсюда.

– Пешком? – спросил Мартин.

– Да, пешком.

– Но мы с машиной, – сказал я.

– Не будете ли вы нашим лоцманом-экскурсоводом? – спросил Мартин, но я не стал продолжать обычный шутливый ритуал. Более точный в психологических оценках, чем Мартин, я почувствовал, что легкомысленный треп в этом случае нам только повредит, и наше оружие сейчас – абсолютная серьезность.