– Не знаю, о чем ты болтаешь, сынок." Тем не менее, книга получила лестные рецензии: авторитетный «Таймс Литтерари Сапплмент» рекомендовал ее для «изучения всем тем, кто сетует на оскудение возможностей английского языка». Другие критики отмечали в образной структуре влияние Джеймса Джойса и Франца Кафки. Вскоре книга стала бестселлером и в Англии, и в США.
Обрела книга и театральную судьбу: премьера сценической постановки состоялась в знаменитом лондонском театре «Олд Вик» 18 июля 1968 года. Пьеса, однако, была подвергнута суровой цензуре управлением Лорда Гофмейстера Двора – за «богохульные намеки» и «непочтительное упоминание» некотрых лидеров европейской политики тех времен. Внимательный читатель более зрелого поколения, очевидно, без труда узнает в «Докере Аденоиде» первого канцлера ФРГ доктора К.Аденауэра; досталось и президенту Франции де Голлю, и премьер-министру консервативного правительства Великобритании Гарольду Мак-Миллану, и другим. Политические фигуры в ленноновских фантазиях соседствуют с шаржированными литературными персонажами (см., например, остроумно обыгранные мотивы «Острова сокровищ»). Но главным «героем» является невозмутимый английский обыватель, чья добропорядочная размеренная жизнь вдруг оборачивается грубым балаганом, где человека убить – что муху прихлопнуть. Русскому читателю жирный нарост, заживший самостоятельной жизнью на голове Эрика Хирбла, может напомнить сбежавший нос майора Ковалева. Но Леннон, родившийся под взрывы фашистских бомб, видит мир сквозь призму «черного юмора», отражающую больше абсурда и бессмыслицы. Здесь сладко поют свиньи, собаки занимаются вольной борьбой, а смерть в компании приятелей является лучшим подарком на Рождество. И обо всем этом рассказывается легко, в тоне нередко скабрезного анекдота.