— Поступили в университет — пора выходить замуж, — сказала старшая из пяти девушек — соседок по комнате, двадцатилетняя Валя, и все тут же согласились с ней: «Поступили в университет — пора выходить замуж», — даже те, кто прежде о замужестве не думал, для кого оно было непостижимо далеким. За две недели они все уже успели соскучиться по родителям и по дому, каждой из них хотелось поскорей опять оказаться в своей семье — пусть в какой-то другой, новой — и новая задача встала перед ними теперь! Все было ясно само собой, а Валя стала еще им объяснять, почему именно сейчас надо выходить замуж. Ведь как повезло нам, говорила она, какой выбор у нас есть сейчас, и когда еще такое может быть, чтоб ни одного женатика на курсе! И вы вполне можете выйти за парня из местных, домашних, городских. У него может оказаться своя квартира. Но даже если он живет пока что с родителями — у них и для вас, для законной-то, место в доме найдется. Вот вы и городская на всю дальнейшую жизнь! А если вдруг вам сделает предложение парень из общежития, приезжий, как вы, — то это, может быть, еще лучше. Семейным студентам в общежитии выделяют отдельные комнаты. На каждом этаже есть такие клетушки-двухместки. И на ближайшие пять лет вы, считай, самая счастливая на свете. В любое время вы можете увидеться с друзьями — они же рядом будут, за стеной, — или спуститься перекусить в столовой, а через каждые две недели, в четверг, вы собираете в кучу постельное белье, сдаете кастелянше на первом этаже, и вам выдают взамен все свежее, хрустящее — стели, пожалуйста! — как какой-нибудь незамужней девчонке. И говорить об этом взахлеб, как Валя, могла только та, что знает, что такое семейная субботняя стирка, мутная тепловатая вода и тяжелющие в этой воде пододеяльники, и каково каждый день — хочешь не хочешь — скоблить картошку и рубить чем-то косточки для супа, и что такое тоска, сидящая у тебя, кажется, где-то между ключиц — тоска, о которой не можешь рассказать никому, потому что весь мир умеет слушать и говорить лишь о том, в чем лучше отстирываются пододеяльники да еще о том, что чья-то соседка Зинка или там Феофила или Тхай Си вовсе, что ли, безрукая? — вывешивает их после стирки желтыми и в сохранившихся пятнах.