Последних великих возможностей последней великой страны…

Вламывались в шикарные квартиры и дома, полностью обшитые титановым, экранирующим и броневым, листом — резали армейскими противотанковыми лазерами двери и, понемногу отключая кому искусственную почку, кому принудительную вентиляцию легких, выдавливали из хозяев коды, снимали все до последнего руллара

А у него взять было нечего. За дверью стояли двое, в которых он сразу узнал тех, кто когда-то уже обеспечивал его безопасность.

— Здравия желаем, Юрий Ильич, — весьма фамильярным тоном сказал старший, удивительно похожий на кумиров видео древних времен: сухие скулы, короткий прямой нос, маленькое крепкое тело, — вот, довелось, значит, опять с вами поработать…

— Здравствуйте, — коротко и важно подтвердил младший, пухлый младенец, доросший до мужских размеров, но оставшийся ребенком, — прикрепленные мы…

С этой минуты он стал государственным человеком.

Вот ведь, никогда не хотел быть государственным человеком, подумал он, а дожил.

Вошедшие быстро и ловко его обыскали, прохлопав на предмет спрятанного оружия всюду, включая промежность, бегло осмотрели пыльную квартиру и немедленно устроились спать в креслах.

А он, унижаясь и суля ей невозможное, покормил кошку, прибрал за ней в ванной, радуясь, что физиологические функции любимой пока более или менее в порядке…

И сел писать речь.

2

«Ваше Величество!

Уважаемые члены Комитета!

Ladies and gentlemen, господа!

Сегодня мы все прожили еще один день эпохи, которую наши потомки, я уверен, назовут Новым Временем.

Всегда людям казалось, что именно их жизнь пришлась на эру великих перемен, и всегда эти перемены приводили их в ужас — мы так созданы Творцом, что любые изменения в себе и окружающем мире склонны рассматривать как угрозу. Вероятно, в этом тоже проявляется мудрость Господа, снабдившего свою тварь чем-то вроде предохранителя: вложенный инстинкт созидания и агрессии, направленный на изменение мира, ограничивается страхом перед результатами собственной деятельности.