Хэмфри одобрительно кивнул. Так или иначе, находись главный инженер здесь, он мало чем мог помочь. Просто от его присутствия было бы как-то легче.

– Губернатор на проводе, – услышал Хэмфри голос телефонистки в трубке. А секундой позже раздался знакомый голос:

– Добрый день, Эрик.

– Добрый день, сэр, – ответил председатель. – Боюсь, у меня для вас нерадостные…

Именно в эту минуту все и случилось.

На приборной панели, прямо под табличкой с надписью “Ла Миссией” № 5”, заработал зуммер – раздался ряд резких, тревожных сигналов. И одновременно включились и замигали желтые и красные сигнальные лампочки. Черная стрелка ваттметра блока № 5 дрогнула, затем резко упала на нулевую отметку.

– О Боже! – раздался чей-то сдавленный возглас. – Большой Лил остановился!

Сомнений на этот счет быть не могло – стрелки ваттметра и других приборов замерли на “нуле”.

Реакция последовала в ту же секунду. Ожил и застрекотал установленный в Центре управления скоростной телетайп, выстреливая экспресс-информацию с сообщениями о сотнях отключений на подстанциях высоковольтной сети. Сработали одно за другим устройства защиты всех остальных генераторов. Одновременно огромные участки штата оказались без энергоснабжения. А спустя несколько секунд миллионы людей на огромном расстоянии друг от друга – заводские рабочие и конторские служащие, фермеры, домохозяйки, покупатели, продавцы, владельцы ресторанов, печатники, персонал станций технического обслуживания, биржевые маклеры, владельцы отелей, парикмахеры, киномеханики и владельцы кинотеатров, водители трамваев, работники телестанций и телезрители, бармены, сортировщики почты, виноделы, врачи, ветеринары, любители игральных автоматов (перечень этот может быть бесконечным) – остались без электроэнергии и замерли, не в состоянии продолжать то, чем занимались секундой раньше.

В домах лифты остановились между этажами. Аэропорты, кишевшие людьми, перестали функционировать. На улицах, скоростных магистралях и в транспортных потоках начался грандиозный хаос.