Четыре человека осталось в отряде на пустынном скалистом острове Бёлль: Луняев, Шпаковский, Конрад и сам командир. Расстояние в двенадцать миль отделяло теперь их от мыса Флоры. Нужно было торопиться, — Шпаковский, как недавно Нильсен, стал заговариваться и почти не мог уже ходить.

Как только выдалась тёплая погода, отряд отправился в путь.

На каяках разместились по два человека: Луняев со Шпаковским, Альбанов с матросом Конрадом. Лодка Луняева была большей, он взял и большее количество груза.

За все время скитаний в арктических широтах Альбанов и его спутники не помнили такого затишья. Каяки легко скользили по гладкой недвижимой воде, и путешественники уже радовались небывало удачному переходу… Они находились на середине пролива, когда внезапно повеял и сразу же сорвался гремящим шквалом пронзительный норд-ост. Альбанов видел, как меж ломающихся льдин, высоко взлетая на зыби, каяк Луняева понёсся в открытое море. В последний раз Альбанов и Конрад видели двух своих спутников…

Густой клочковатый туман навис над проливом и опустился завесой меж двумя малыми судами.

— Нет, мы не выгребем к берегу, — в отчаянии прокричал Конрад. — Конец…

— Значит, нам нужно найти большую льдину и переждать шторм на ней, — ответил Альбанов.

— Да ведь они же разбиваются на зыби вдребезги!..

— Это единственный выход, Александр!.. Высматривай айсберг — на нем и зыбь не страшна, и ледяные поля… Только взобраться бы…

Ещё засветло Альбанов приметил у берега и на течении с десяток ледяных обломков, возвышавшихся над водой метра на два-три. На такой айсберг решил высадиться штурман. А что если зыбь швырнёт каяк на острый угол льдины, и они не успеют отгрести, удержаться на волне? Это будет неизбежная гибель. Но пусть даже успеют они выбраться на айсберг, — что можно предпринять без каяка? Нет, каяк надо спасти.