— Так точно, лейтенант, — безрадостно ответил Роулингс. — У капитана только одно на уме: как бы чего не вышло.

— Может, я вас стесняю? — продолжал я. — Просто я подумал — сейчас на корабле, должно быть, каждый человек на счету, раз вы снимаетесь с якоря через два часа, если не раньше.

— Говорите, говорите, док, — ободряюще сказал Хансен хотя ничего ободряющего в его голубых, холодных, как арктический снег, глазах не было. — Я хорошо умею слушать

— Предвкушаете плавание во льдах? — усмехнулся я.

Они втроем были настроены на одну волну — вот и отлично. Им даже не нужно было смотреть друг на друга. Дружно, точно по команде, они незаметно придвинулись ко мне на два дюйма. Хансен, беспечно улыбаясь, подождал, пока официантка расставила на столе четыре дымящиеся чашки кофе, и все так же ободряюще продолжал:

— Ну же, дружище, валяйте дальше. Мы обожаем сидеть вот так, в столовой, и слушать, как какой-то чудак выбалтывает направо и налево сверхсекретные сведения. Откуда, черт возьми, вы узнали, куда мы держим курс?

— Подняв руку, я собрался сунуть ее за отворот плаща, но не смог — Хансен схватил меня правой рукой за запястье.

— Мы ни в чем таком вас не подозреваем, — как бы извиняясь, сказал он. — Просто мы, подводники, народ нервный — такая у нас жизнь. К тому же на «Дельфине» имеется отличная фильмотека, так что, когда герой какой-нибудь картины сует руку за пазуху, мы знаем, он это проделывает с одной и той же целью, а вовсе не для того, чтобы проверить, на месте ли его бумажник.

Свободной рукой я взял Хансена за запястье, оторвал его руку от моей и прижал ее к столу. Не скажу, что мне это удалось легко — американских подводников, как видно, и впрямь держат на диете с повышенным содержанием белков, но я все же справился, и кровеносные сосуды у меня от этого не полопались. Затем я достал из плаща сложенную газету и положил на стол.

— Вас интересовало, откуда, черт возьми, я узнал, куда вы держите курс? — спросил я. — Просто я умею читать, вот и весь секрет. Это глазговская вечерняя газета, я купил ее в аэропорту Ренфрю полчаса назад.