– Конечно помню. Но я едва заглянул туда - и распорядился заколотить. Бывший хозяин там сложил вещи, которые не увёз сразу.

– Бывший хозяин забрал-таки свои вещи. И помещение освободилось. И его-то я тебе и дарю.

– Но, Эвелин, ты что-то недоговариваешь?

– Кое-что.

– Выкладывай сейчас же это кое-что. Не томи!

– Это прекрасная комната, пять на пять ярдов, с двумя окнами и стенами почти в ярд толщиной. Я отремонтировала её - новые рамы, пол, двери. Но главное, Том, там есть камин, с круглой такой топкой…

– С круглым порталом.

– С круглым порталом. И он отменно работает - я приглашала трубочиста, чтобы он проверил трубу. И вот однажды я смотрела на эту надстройку снизу, со двора, и обнаружила странную вещь. Меня заинтересовал небольшой, но широкий выступ в стене - как я поняла, для каминного дымохода. Но для дымохода он был слишком широк! Побоявшись, что меня засмеют, я незаметно измерила. Получилось, что камин в комнате занимает два ярда. А выступ снаружи, за стеною, - четыре! Тогда я, опять скрытно, взяла молоток и отбила штукатурку со стены рядом с камином.

– И что там? Кирпич?

– Нет, Томас. Там сейф.

– Подожди-подожди… То есть как?

– Очень старый, железный, встроенный в стену сейф в рост человека, с толстой дверцей, с отпертым замком и совершенно пустой.

– А… а зачем тогда его нужно было прятать за штукатурку?

– Это ты уже сам разгадывай. Я только знаю, что у тебя теперь есть отдельный, тихий и очень уютный ка-би-нет.

Мы, конечно же, отправились в это захламленное в прошлом помещение (я оставлял мокрые следы на паркете) и, зажёгши свечи, рассмотрели и сейф, и камин, и даже - какой вид из окон. Повернувшись к Эвелин, я с волнением и нежностью произнёс:

– Ни у кого на свете нет такой жены, как у меня, до бессовестности счастливого человека.

– Я тебя так ждала, - прошептала она, прижавшись щекой к моему плечу.