Вой сирены заставил всех вздрогнуть.

– По местам стоять! К отдаче швартовых! - раздался голос Роопа из динамика корабельной трансляции.

– Что за черт? - испуганно воскликнул Бахтияр. - Мы же должны уходить послезавтра!

В дверь камбуза просунулась голова Сэма-торпедиста.

– Уходим! Срочное радио!

Бахтияр выругался.

– А эту куда? - Рыжий машинист приподнял безольную голову Катарины. - За борт?

– В «аптеку»! - приказал стюард.

В извивах трубопроводов замелькали золотистые волосы танцовщицы. Вниз, вниз, вниз…

«Архелон» бесшумно выходил из гавани. Оранжевая мигалка на рубке разбрасывала тревожные всполохи.

В ночной тишине раздался тяжелый вздох, и две небольшие волны схлестнулись на том месте, где только что высилась крылатая рубка.

Всплеск озарился зеленой вспышкой фосфоресценции…

Катарина пришла в себя посредине стальной «пещеры», выгороженной среди клубка трюмных труб, паропроводов и технических агрегатов. На тусклом матовом плафоне были начертаны скрещенные полумесяцы. С другого такого же плафона на нее безглазо взирал намалеванный на стекле череп.

– Где я? - вскрикнула танцовщица.

Из гула турбин выплыл жесткий голос Бахтияра:

– Ты в храме сатаны. В его подводном храме. - Стюард нахмурился и совал с шеи девушки цепочку с крестиком. Девушка обескуражено поправила растрепанные волосы. - Отныне ты будешь жрицей дьявола. Ты станешь моим престолом, и он поставил ногу на спину Катарины, с которого я призову князя подводной мглы сделать красных черными от пепла, а черных - красными от крови!

– Но-но, не очень-то! - сбросила Катарина ногу стюарда со спины. - С дамами так не обращаются… Да выпустите же меня наконец из этого дурацкого подвала!

Она вскочила и пребольно стукнулась головой о торчащий вентиль.

– Не так резво, моя серна! - приобнял девушку Бахтияр. - И не вздумай выходить отсюда, радость моя!..

Дельфины шли за «Архелоном» стаей. Они привыкли к огромной черной рыбине. Акустики могли слышать их переливчатое щебетание и веселую перекличку. Дельфины смеялись.