— На бога надейся, а сам не плошай. Так, что ли? — с улыбкой спросил Невельской и уже серьезно сам себе ответил: — Так и будем действовать, господа!

Он взглянул на старого адмирала, приглашая его приступить к делу. Иван Петрович, разглаживая бакенбарды, заговорил:

— Китоловство — дело истинно русское. Много в наших морях китов. Еще в сказках народных и преданиях говорится о том, как смельчаки встречали в море чудо-юдо рыбу-кит и охотились на него. К нам голланды да англичане на Грумант за китами ходили. «Китоловство есть дело не русское», — повторил он слова министра и фыркнул. — А знают ли в департаменте, что на гербе города древнего русского Колы кит нарисован! Этим промыслом китоловным и поднялся город, а теперь захирел, как иноземцы у нас на севере всех китов побили. Да не о том речь ныне. — Он снова расправил бакенбарды. — Была у нас нынче «Российско-Финляндская китоловная компания», но порушилась. Сообщено, что произошло сие по необыкновенно большим расходам, требовавшимся на содержание судов китоловного рода, и по дальности места лова от места отправления судов на десятки тысяч миль.

— С каждым рейсом приходилось дальше уходить, — подтвердил Лигов. — Китов становится мало и в Индийском океане, и у берегов Африки. Надо на юг идти. Вот где китам, должно быть, нет числа.

Северов, недовольный, что его перебили, отрывисто заметил:

— Англичане не ближе к китам живут, а ходят. А ты, Олег, на восток пойдешь, а не на юг!

Удивленный Лигов насторожился, взглянул на Алексея. Тот кивнул. Было слышно, как на кресле заворочался Ходов. Невельской, улыбнувшись в усы на рассердившегося Северова, примирительно сказал:

— Продолжайте, Иван Петрович.

— Нынче китоловства русского нет! — отчеканил адмирал. — И мы должны его возродить, коли нам дорога слава России. Капитан Лигов готов идти в море?