Начальник отдела, поздоровавшись, предложил мне сесть в кресло, а сам принялся протирать толстые стекла очков. Был он близорук, глаза его как-то смешно и беспомощно щурились, собирая на висках морщинки. И вообще он был похож на этакого милого, безобидного дедушку, для которого самое большое удовольствие в жизни — возиться с внуками. Но стоило ему водрузить на нос массивные очки, закрыть ими свои добрые глаза, как он сразу превращался в строгого командира. Даже голос его менялся, делался резче и тверже.
Капитан 1 ранга пользовался большим уважением среди офицеров. Почти все мы слышали о нём ещё много лет назад, занимаясь в училище. Одну из дисциплин мы проходили по учебнику, который написал он…
Я сидел в кресле и ждал, когда наконец начальник наденет очки и начнет официальный разговор. Но он так и не надел их. Он молча протянул мне лист плотной белой бумаги. Текст был напечатан на машинке. Сверху стоял гриф «Совершенно секретно».
«По сообщению из достоверного источника, в Тронхейм прибыли немецкие катера, которые будут направлены на север Норвегии. Переброска производится в большой тайне. Катера быстроходные, имеют в носовой части заряд и взрываются при ударе о корабль. Экипаж катера — один человек, который погибает вместе с катером либо выбрасывается в последнюю минуту за борт».
Подписи под документом не было.
— Этому сообщению можно верить? — спросил я.
— Разве оно вызывает сомнение?
— Северный театр совершенно неприспособлен для действия этих катеров. Они неустойчивы на волне.
— Возможно, это какое-то новое средство, более совершенное по сравнению с теми, о которых мы знаем.