Не уверенный, что это не последствия наркотического дурмана, он, тем не менее, ускорил шаг, а потом и вовсе побежал, поскольку загадочный объект был ближе его к мостику и передвигался поразительно быстро. Когда расстояние между матросом и белым объектом сократилось до ста ярдов, сердце Роуланда дрогнуло, а кровь застыла в жилах. Теперь уже не оставалось сомнений, что перед ним грозный обитатель крайнего Севера, волей судьбы оказавшийся так далеко от родных ему мест. Тощий, изголодавшийся белый медведь почуял запах пищи и, неуклюже переваливаясь, мчался к своей цели, распахнув красную пасть с жуткими желтыми клыками. Все, что Роуланд мог противопоставить зверю, это прочный складной нож, который он на бегу вытащил из кармана и обнажил пятидюймовое лезвие. Он без колебания готов был вступить в схватку, которая сулила ему почти верную смерть, лишь бы защитить ребенка, чья жизнь стала для него важнее всего на свете. В этот миг, к ужасу Роуланда, девочка выбралась из-под закрывающего остатки мостика брезентового полога. Медведь был всего в нескольких метрах от нее.

— Назад, малышка, прячься! — закричал Роуланд что было сил и опрометью кинулся вниз по склону. Однако медведь уже добрался до девочки и точным ударом мощной лапы отбросил ее на дюжину футов в сторону. Он уже был готов растерзать неподвижное тельце, когда на пути зверя оказался Роуланд.

На миг опешив, медведь поднялся на задние лапы и бросился в атаку. Мощные челюсти сомкнулись на левой руке матроса, желтые клыки впились в плоть, затрещали сломанные кости. Падая, Роуланд, тем не менее, сумел нанести зверю чувствительный удар ножом.