— Ха! Так-то.

С этими словами он отпустил свою жертву и с ножом в руке вылетел из кухни. Все домашние бросились за ним. Постояльцы, которые до этого мирно спали, теперь проснулись и выглядывали из окон.

Хозяин оглашал криком весь двор. Нэлли Энтик, услышав его рев, пулей вылетела из конюшни. Он не заметил ее, взобрался по лестнице и стал бешено втыкать нож в сено направо и налево.

— Вот тебе, вот, — кричал он. — Вот вам, собаки, получайте!

Двое спящих на другой стороне стога проснулись и вытаращили глаза. Мартин закопался в сено, перекрестился и опасливо посмотрел на Фила. Он был мертвенно бледен, его руки беспомощно тряслись.

— Он что-нибудь говорил про виселицу? — спросил он шепотом.

Филип Маршам не ответил своему случайному знакомому. Он уже три раза видел, как тот трусит при малейшей опасности. Было совершенно ясно, что происходит — их загнали в угол, как крыс. Фил слегка приподнялся. Копна сена скрывала его. Он присел на корточки и собрал в охапку столько соломы, сколько мог схватить.

Хозяин ругался самыми грязными словами, размахивал ножом, подступая все ближе и ближе. Он уже обошел стог, увидев Мартина и Фила, издал победный крик и ринулся с ножом в руке прямо на них. Не успел он сделать несколько шагов, как Фил вскочил. В руках он держал охапку сена. Чтобы хоть как-то защитить себя, он кинул ее прямо в лицо нападавшему.

Хозяин потерял равновесие и упал. Юноша схватил его за руку, ловко отобрал нож и отшвырнул его в самый дальний угол сеновала.

— На помощь! Измена! Убийство! Воры!

Филип схватил хозяина гостиницы поперек горла и стал вдавливать его в сено. Мартин выбрался из-за стога. Фил ослабил хватку и отпустил свою задыхающеюся жертву. В руке Фила заблестел кинжал. Вдвоем они спрыгнули вниз и беспрепятственно вышли из конюшни. Никто не посмел встать на пути юноши, вооруженного кинжалом.

У ворот они увидели Нэлли Энтик. Она в ужасе прижала руки к груди и закричала Мартину: