Отложив газету, стряпчий внимательно слушал, изредка прихлебывая пиво.

– Н-да, мистер Браун, дело трудное. Но все зависит от того, как его повернуть. Можно проиграть, но можно и выиграть… – Клапинс достал клетчатый платок, высморкался и долго вытирал нос. – Я бы сказал… э… э… очень трудное дело, дорогой капитан, и эдак сразу я боюсь сказать что-нибудь определенное.

Браун понял.

– Бутылку бренди, – подозвал он хозяина, – и…

– Здесь превосходно готовят жареных кроликов, мой друг, – вмешался стряпчий, облизнув тонкие, губы, – изумительный повар. А соус… вкуснее не сыскать во всем Лондоне.

– Отлично, подайте кроликов, – кивнул хозяину Браун, – только скорее, я тороплюсь на бриг.

– И пива, мой друг, – добавил Клапинс. Согревшись бренди, Сэм Клапинс стал покладистее.

За пять фунтов он обещал написать прошение и вести дело в суде.

– Поймите, мистер Браун, – рассуждал Клапинс, пряча деньги в карман засаленного камзола, – мы сравним ваших негров с лошадьми. Ведь дело о чернокожих ни в чем не отличается от подобного же случая, когда за борт были выброшены лошади. Такое сравнение помогло нам выиграть дело капитана Гопкинса. За каждого негра ему заплатили по тридцать фунтов страховки. В вашем иске это составит кругленькую сумму, мой друг.

Увидев кролика на столе, Клапинс замолк и, глотнув слюну, взялся за нож.

– Советую попробовать, дорогой капитан, – предложил он, кладя в рот сочный кусочек, – изумительный повар… Хорошо, что в Лондоне нет недостатка в пиве… Меня постоянно мучит жажда, мой друг, еще одна кружка была бы не лишней, – снова обрел Клапинс дар речи. – Могу вам рассказать о другом судебном деле, разбиравшемся недавно в Лондоне, дело, пожалуй, сложнее вашего. Проклятые негры вздумали бунтовать. Это было на «Фениксе». Капитан Арчер приказал стрелять; более ста чернокожих было убито и почти столько же ранено. – Тут Клапинс зажмурил глаза и покачал головой. – Да, судье пришлось поломать голову.